Большие проекты всегда вызывают настороженность. Может быть, мы еще с социалистических времен привыкли с осторожностью относиться к стройкам века и колхозам-миллионерам. Но факты есть факты, и согласно сухой статистике проект ООО «Максим Горький» в Тульской области является в настоящее время самым масштабным и динамичным среди всех картофельных проектов.


Мы пристально следим за его развитием с самого начала, с 2006 года. Все это время часто и помногу общались с генеральным директором хозяйства Андреем Самошиным. И вот теперь, думаю, настало время для серьезного разговора и... подведения некоторых промежуточных итогов. Итак...

 


Я приехал в Тулу в горячую  пору посадки картофеля. Разместившись в гостинице «Тула», набираю Самошина:


- Андрей Анатольевич, вы за мной заедете? Я в гостинице «Тула»!
- А на каком этаже живете?
- На четвертом...
- Спуститесь на этаж, у нас офисы на третьем!


Действительно, на третьем эта-же Национальная земельная компания («НЗК») снимает несколько офисов.


- Важность и объемы задач развития хозяйства ставят необходимость привлечения высококвалифицированных юристов и других специалистов. - Говорит мне
Андрей Анатольевич Самошин. -Такие кадры в селе найти сложно, и поэтому у нас два офиса - этот в Туле и непосредственно в Поповке Чернского района.


Первая часть нашей беседы проходит здесь, в тульском офисе. На двери кабинета две таблички: Андрей Анатольевич Самошин, генеральный директор ООО «Максим Горький», и Елена Викторовна Самошина, генеральный директор НЗК. Сидят они в одном кабинете, каждый за своим столом. Правда, сидят здесь совсем не часто и не долго, потому что предприятие большое и хлопотное.


Личность руководителя хозяйства крайне любопытна. Движение вверх быстрое и уверенное: глава администрации района, кандидат на пост губернатора, депутат областного парламента, депутат Государственной Думы РФ. В этом ничего необычного нет, депутатами не рождаются, ими становятся (хотя глядя на некоторых избранников народа думаешь порой - лучше бы он оставался там, где родился... Но к нашему разговору это отношения не имеет). Необычно то, что после депутатства и руководства московским отделением партии «Справедливая Россия» известный политик вдруг идет руководить сельскохозяйственным предприятием, пусть даже и весьма крупным.


Именно с этого вопроса и началась наша беседа.

 


"ХОЧЕТСЯ РЕАЛЬНЫХ ДЕЛ!"

 


- Ничего необычного в моей карьере нет! Просто хочется реального дела с реальными результатами. А в политике все скучнее и более предсказуемо. Это гораздо менее интересная работа, чем моя нынешняя! Сегодня утром, например, аж до хрипоты дело дошло - с чиновниками редко приходится так воевать. Скажу объективно, областная власть очень нам помогает.


- Ну и вы тоже области помогаете немало. Если посмотреть статистику, то по картофелю область скакнула ох как высоко!


- Мы и по зерновым подтянулись - 25 тысяч собрали, молока более 4 тонн доим. Это не наша специфика, животноводство нам в наследство досталось. Но нашу экономику это вниз не тянет, мы вышли в ноль: подремонтировали стадо, пригласили хороших специалистов, и для себя эту тему закрыли. Убытков нет - и ладно. Развивать и вкладываться в молоко по нынешней ситуации мы не планируем. Молоко не нужно сегодня!

 


О ВАЖНОСТИ ПЕРЕРАБОТКИ

 


Посмотрите, сухого молока завозится огромное количество. Братская Беларусь спокойно может под маркой своей продукции завозить сколько угодно чужого молока, у нас таможни нет! Таким же образом мы опустили свою крахмальную промышленность. Белоруссия завозит по низким ценам неслыханное количество крахмала. А кто может гарантировать, что этот поток крахмала, который убил нашу крахмальную промышленность, производится в самой Белоруссии, а не завозится в нее? А это цены на картофель.


Мы каждый год осенью продавали нестандартный картофель на крахмал. Пусть невысокая цена продажи, но все таки был доход. Так вот, в прошлом году не продали ни килограмма! Крахмальщики не могут покупать этот картофель, поскольку цена на конечный продукт оказывается ниже себестоимости! При том, что наша крахмальная промышленность многие годы не модернизировалась.


Я не слышал, чтобы за последние тридцать лет был построен хотя бы один крахмальный завод. Старые потихоньку добиваются, а новые сейчас, при таких ценах на продукцию, строить глупо.


Производство картофеля организованными предприятиями наращивается очень быстро, каждый год прирост 20-25%.


В последние годы хорошая цена и площади картофеля растут. Но мы все равно идем в тупик! Потому что если у нас не будет переработки, которая должна обязательно идти рядом с производством, то...


В прошлом году на примере зерновых мы четко увидели, что с нами будет. У нас животноводства своего толком нет, поскольку его быстро не восстановишь - нужно 20-25 лет, чтобы поднять стадо. Следовательно, нет потребителя для фуражного зерна: птицеводство только встает на крыло, свиноводство едва поднимается, а производству КРС нужно еще лет 30. Внутреннего потребления нет! За рубежом наш фураж толком тоже никому не нужен, потому что в прошлом году его в мире хватало вполне. Все! Мы не знаем куда его деть! Нет следующей стадии - переработки.


Так же будет и с картофелем. Продовольственный рынок - это одно, но в той же Америке или в Европе более 50% картофеля идет на переработку. У общества есть возможность сделать этот продукт продуктом длительного хранения. Картофель сам по себе больше года хранить не будешь. Зерно можно держать несколько лет, а картофель нет! Это сочный продукт, и там совсем другие законы. Вот если мы переработаем его в крахмал, в хлопья, в спирт - он может долго храниться. А если в стране этого нет?


Вот в чем сейчас самая большая проблема.



 

 Посевные площади по НЗК на 2009 г.:
1. Картофель - 4 325 га
2. Ячмень - 4 472 га
3. Овес - 250 га
4. Яровая пшеница - 541 га
5. Озимая пшеница (план)
- 635 га




Угроза для картофелеводства, на мой взгляд, не колорадский жук, не фитофтора, с этим можно бороться. Угроза - это отсутствие переработки!


Инициатором появления переработки будет картофельный бизнес. Но ему нужно помогать. Мы, я говорю о государстве и бизнесе, должны все создать с нуля! Причем в области производства картофеля мы уже европейцев догоняем! Когда они приезжают и видят, на какой технике мы работаем, у них, мягко говоря, шок. Они даже у себя такой техники не видели.


Просто у нас не было раньше хорошей техники, и мы сейчас покупаем лучшую западную технику , на ней и работаем!

 


...И НАЧАЛИ ЭТОТ ПРОЕКТ

 


Разговор прервался на самом интересном, по графику нам пора выезжать в Поповку. Едем уже втроем - с нами Елена Самошина. Беседуем с ней...


- Елена Викторовна, Как все начиналось?


- Познакомились мы с Андреем в Тимирязевской сельскохозяйственной академии. Он никогда не был человеком равнодушным. Будучи студентом уже воевал за правду с деканатом. По распределению мы были никому не нужны. Да и не было никакого распределения. В стране путч, правительство вообще заявило, что Россию накормят мелкие фермеры, крупные хозяйства не нужны. Тогда мы решили, что единственный шанс начать трудовую деятельность на селе - создать свое фермерское хозяйство, что мы и сделали! Бросились в свободное экономическое плавание, не имея никаких сбережений. Только кредиты! Торговля развивалась на арендованных площадях...


Мы останавливаемся на трассе возле деревни Карамышево Щекинского района. Елена заходит в магазин колхоза «Новая жизнь».


- Всегда берем здесь молочную продукцию у наших коллег. Качественно, вкусно, и соседа поддержим!


Так вот... Колхоз «Максим Горький» мы хорошо знали, покупали у них семена. А потом с удивлением узнаем, что оно банкрот. В общем, мы выкупили все имущество и начали этот проект...

 

"КАПИТАЛИСТ-ИДЕАЛИСТ"

 


Уважаемые читатели нас не поймут, если мы не объясним - откуда этот золотой дождь, который пролился над Поповкой Чернского района. Глядя на масштабы производства, понимаешь, что средства вкладываются просто колоссальные.

А ответ самый обычный: частные вложения российского миллионера, или как он сам о себе говорит - «капиталиста-идеалиста» Александра Лебедева. Фигура это публичная и весьма известная.


Воспользуемся информацией с общественно-информационного портала: www.alebedev.ru 


«Александр Евгеньевич Лебедев, выпускник МГИМО. По окончании вуза получил распределение в Институт экономики мировой социалистической системы.


Далее работа в Службе внешней разведки. Уволившись в 1992 году в запас в звании подполковника, А.Лебедев решил заняться финансовым бизнесом и создал своё первое детище - Русскую инвестиционно-финансовую компанию (РИФК). В 1995 году РИФК приобрёл карликовый и проблемный Национальный резервный Банк (НРБ). За 2 года он превратился в одно из крупнейших финансовых учреждений страны. НРБ наряду с Альфа-банком -единственные из десяти ведущих частных банков страны, сохранившиеся после кризиса августа 1998 года. НРБ является ядром созданной на его базе Национальной резервной корпорации (НРК). Сегодня НРБ - один из наиболее устойчивых и надёжных российских банков, пользующихся доверием отечественных и зарубежных инвесторов...»


Все приобретения Самошина произошли при финансовой поддержке Александра Лебедева. Пришел однажды, вместе с Александром Шуманном (фирма «Гримме», Германия), к Лебедеву и сказал, что сложилась вот такая ситуация и возможен такой проект...


Елена Самошина:


- И он под честное слово дал деньги! Я потом просто приехала и подписала документы...
- Дали под моё честное слово и под твою подпись! - смеется Андрей.

 

МАШИННЫЙ ДВОР

 


Мы подъезжаем к Поповке и заходим в контору. Вопросов у бурно развивающегося предприятия много, а время руководителей дорого, поэтому сотрудники привыкли ценить эти моменты. Елена начинает совещание по документообороту, Андрей отправляется в поля выяснять точные границы владений.


У меня появляется свободная минута для осмотра комплекса хранилищ и машинного двора. Хранилища арочного типа из легких конструкций, изнутри для теплоизоляции нанесена пена.


Полное впечатление, что ты попал в гигантский лабиринт или огромную пещеру. Хранилищ несколько, и одно переходит в другое. Рядом строится еще несколько ангаров.
По соседству с конторой возведено здание для упаковочного цеха, чуть дальше уже стоит металлический каркас перерабатывающего цеха. Все рядом, в рамках одного комплекса.


На машинном дворе впечатляющая картина: длинный ряд картофелеуборочных комбайнов «Гримме». Пока идет посадка, они отдыхают и ждут своего часа. Среди пышно красного обилия техники «Гримме» сразу же в глаза бросаются ярко-зеленые пятна гребнеобразующих фрез «Колнаг». Эта техника была приобретена по линии «Росагролизинга». По ней были предложены очень хорошие условия, да и в период сложностей с кредитами без лизинговых схем не обойтись. Но руководство предприятия в наших разговорах неоднократно подчеркивало, что по их мнению лучшая картофельная техника все-таки производства фирмы «Гримме».

 

Под впечатлением этого красно-зеленого натюрморта возвращаюсь в контору, и мы с Еленой отправляемся на обед.

 


"ЭЛЕН И РЕБЯТА"

 


Продолжаем беседу с Еленой:


- С 1998 года началась политическая карьера Андрея, а на меня полностью легло руководство фермерским хозяйством. С самого начала нашей совместной работы у нас произошло разделение, которое сохраняется и поныне. Андрей берет на себя все внешние вопросы, а на меня ложится внутреннее, так сказать, устройство всего порядка.
Так случилось и с проектом «Максим Горький»: он начался еще в период работы Андрея в Государственной Думе.


Он приезжал лишь на выходные, у него как раз началась партийная работа в рамках «Справедливой России», которая отнимала все время. Мне приходилось не только руководить, но и самой браться и делать все своими руками. Вместе с мужиками каждый вечер готовила линию для приема картофеля и закладки в хранилище. Я им говорила: давайте вечером все переставим, чтобы с утра уже принимать картофель с поля. Мужики ворчали, но делали. Один как-то не выдержал и заявил: я знаю теперь, почему от вас муж в Государственную Думу сбежал! А я ему: вы еще мужа моего не знаете, вернется он из Думы, вам тогда вообще скучно не будет!


Уж не знаю, как они меня вспоминают, я сейчас реже на складах бываю... А тогда меня, оказывается, называли «Элен и ребята» - всю нашу дружную команду.

 


ЭТО СУДЬБА...

 


А что касается последних выборов, то Андрей уже понимал, что его не выберут. Он говорил мне: «потерпи, я скоро приду». Честно говоря, я не верила. Но пришел! Такие темпы может выдержать только он. И знаете, ему сейчас очень хорошо! Он рад, что далек от всей этой политической деятельности.


А что касается сельского хозяйства, то это судьба. Он служил в Афганистане и после увольнения получил направление в МГИМО. Пришел, подал документы, посмотрел на эту пресыщенную публику, «золотую молодежь»... И ему, человеку, пришедшему с войны, не захотелось там учиться. Он забрал документы и поступил в Тимирязевку.


Это судьба!


После сытного и вкусного обеда едем на ближайшее поле. «Джон Дир» бодро тащит за собой восьмирядную сажалку «Гримме». Возле посадки стоят грузовики с семенным картофелем.


Механизатор на развороте делает несколько неповоротливых маневров вперед-назад.


- С такой сажалкой работает первый раз. Более опытный тракторист пойдет в ночную смену, а молодой днем осваивается. Ничего, завтра будет сноровистей разворачиваться.


Парень недобро поглядывает на меня из кабины трактора. И так первый раз с восьмирядкой мается, а тут еще начальница с фотографом приехала!

 


МЫ БУДЕМ ЖИТЬ ТЕПЕРЬ ПО-НОВОМУ!

 


Отъехав не более километра от поля, мы попадаем на площадку коттеджного поселка. В 2007 г. в рамках «НЗК» начал работу завод по производству стеновых 51Р-панелей мощностью 55 тыс.кв. метров панелей в год. В рамках первой очереди строительства коттеджного поселка на 32 двухэтажных дома и спортивного комплекса в Чернском районе в 2007-2008 гг. построено 12 жилых домов (по 250 кв.метров) из стеновых SIP-панелей. В этом году заселяются два домика, и четыре семьи на себе испытают, что же это такое - канадская строительная технология. Кризис несколько затормозил строительство поселка, но Самошины твердо намерены довести задуманное до логического завершения. Для них это не только бизнес, но и решение жилищной проблемы молодых специалистов и профессионалов из других регионов.

 


КАДРОВАЯ ПОЛИТИКА

 


Мы возвращаемся в контору, и там Елену уже ждут представители нескольких компаний. Один с ловкостью фокусника брызгает чем-то на зеленые листья и горячо уверяет, что ни грамма ценной жидкости не скатится вниз! Елена Викторовна вежливо улыбается, аккуратно берет визитку и проспекты.
Интерес различных поставщиков к такому большому, а точнее сказать, гигантскому клиенту, вполне понятен. Понятна и осторожность, с какой Самошины относятся к новым предложениям. Слишком велика цена ошибки при таких масштабах.


- Елена, как проходило знакомство с коллективом в самом начале проекта?


- Когда мы пришли, побеседовали со всеми, спрашивали: что вы можете, что бы вам хотелось делать? Весь штат обанкротившегося предприятия, а это почти 300 человек, прошел через такие беседы. Мы же приняли предприятие со всеми людьми, которые там были. И они все свои пожелания высказывали, и мы старались их учесть. Прошел год, мы узнали людей, люди узнали нас. Начали бороться с пьянством: штрафы, увольнения.


Мы сказали людям: урожай собрали, зарплату платим, оставили всех, у кого было желание работать. Но если не можете без нарушений, то извините, мы тоже не можем вас тут держать.

 


ОЗЕРНЫЙ КРАЙ

 


Тем временем вернулся Само-шин, в приемной его уже ждал молодой парень, с невеселым выражением лица. По репликам других сотрудников понимаю, что это нарушитель дисциплины, и если дело дошло до Андрея Анатольевича, то вопрос серьезный.


Чем закончилась их короткая беседа, я так и не узнал, а было любопытно... Андрей Анатольевич вышел из кабинета, бросив на ходу.


- Алексей, поедете с нами еще на одно поле?


-Конечно!
Запрыгиваю в машину, за рулем которой главный агроном ООО «Максим Горький» Валентина Федоровна Громова. «Нива-Шевроле» резво скачет по полевой дороге. Валентина Федоровна человек старой закалки и к журналистам относится с большим уважением:
- Посмотрите, какая у нас природа! Люди специально приезжают полюбоваться.
Пейзажи действительно бесподобны: жемчужная россыпь озер, перелески и посадки - все это на живописных холмах. Великолепие дополняет майское красно-оранжевое солнце, опускающееся где-то там на западе, наверное, уже в Орловской губернии...

 


ДОВЕРЯЙ, НО ПРОВЕРЯЙ

 


На поле мы приезжаем одновременно с Самошиным. Все вместе выясняем, правильно ли идет посадка на этом экспериментальном участке.


Есть подозрение, что не все идеально. Моментально раскладывается двухметровая линейка, и все начинают дружно раскапывать недавно появившийся гребень. Самошин не удовлетворяется одним местом «раскопок», и вскрывается еще два метра гребня. Потом еще два, и еще...


Короткое обсуждение, осмотр сажалки, и мы отправляемся снова в контору.


По дороге не выдерживаю и прошу остановиться, чтобы сфотографировать великолепный закат. Пока я щелкаю камерой, Елена Викторовна и Валентина Федоровна быстро собирают какую-то траву. Уже в машине они отделяют сочный стебель и... едят!
- Это сергибус, очень вкусная и полезная трава. Попробуйте!
Пробую. Действительно вкусно! А может даже и полезно.

 

 
ХОРОШИЕ СОСЕДИ, ВЕСЕЛЫЕ ДРУЗЬЯ

 


В конторе, в кабинете Самошина ужинаем и запиваем купленным еще утром молоком из «Новой жизни».
- А позвонюка я Данилину,- хитро улыбается Андрей. И звонит.


- Привет! Знаешь, что я сейчас делаю? Пью ваше молочко с кефиром! Очень вкусно. Правда-правда! Как там у тебя с посадкой?
Кефир допит, картошка доедена. На улице уже темно, и только огоньки машин, пролетающих по трассе Москва-Орел, бликуют на окнах кабинета.


Хозяин берет папку с документами, что-то подписывает, что-то откладывает в сторону. При этом он готов обсудить то, о чем не договорили утром. И снова разговор заходит о переработке картофеля. Чувствуется, что тема выстраданная...

 


КРАЕУГОЛЬНЫЙ КАМЕНЬ КАРТОФЕЛЕВОДСТВА

 


На сегодняшний день развитие переработки - это единственная гарантия того, что мы не будем пе-реживать тех проблем, что были с зерном в прошлом году. Перепро-изводство страшнее засухи, пере-производство страшнее мороза, перепроизводство страшнее всего! Засуха и морозы - это стихия, вре-менное бедствие, а 5% перепроиз-водства могут уронить цену на 20-30%, и это уже страшные цифры.


Причем времени на раскачку у нас совсем нет! Если в этом году не будет каких-либо катаклизмов, то мы увидим первую осень с пере-производством картофеля. Я в прошлом году уже ждал этого, и падения цены ждал, но, слава богу, не случилось. В силу погодных условий в разных регионах и невозможности одновременной уборки картофель на рынок поступал отрывисто, и цена не упала. Но зато не росла зимой! Главное, что не произошло резкого падения цены, потому что когда цена резко падает, она потом очень медленно поднимается.

 


ПРОВЕРКА НА ПРОЧНОСТЬ

 


Мы темпы роста несколько замедлили. Если в 2007 году выросли в 4 раза, в 2008 в 1,5 раза, в нынешнем только на 20%. Причем крупному хозяйству наращивать легче: сказываются плоды синергии. Большому хозяйству легче нарастить 800 га, чем маленькому 100га.


 В этом году мы, например, используем одну и ту же технику в разных климатических зонах. 4 300 гектаров это ведь не только в Тульской области, это и в Брянске, и в Калуге. В Калуге мы первый год, и там всего 100 га, а в Брянске уже второй год (в первый было 200 га), и теперь уже посажено 730 га.


- И как же управляется это все хозяйство?


- С Еленой Викторовной вместе. Она больше тут, на месте, а я в разъездах.


Сегодня мы еще пользуемся остатками ресурса рынка, когда можно так наращивать. Не мы такие молодцы, что так резко выросли, рынок пока что все это позволял. Я понимаю, что это не будет вечно. Такой открытый ресурс: все, сколько ни предлагал - рынок поедал в предшествующие годы. Дальше наращивать будет очень тяжело. Инвестироваться будет гораздо сложнее, окупаться будет гораздо дольше. Норма прибыли упадет. Поэтому на сегодня я бы не рискнул действовать в таком темпе, как раньше. Рынок имеет пределы.


Кризис, кстати, замедлил точку перепроизводства, отдалил ее немного. Кризис - это ведь не только проблемы, но еще и возможности. Те, кто выстоят в это время, будут развиваться и дальше. Сумеем мы удержаться, сумеем понять, где находится эта точка нашей безубыточности - значит есть у нас будущее!

 


ТОРГОВЫЕ СЕТИ -ФАКТОР ПРОГРЕССА

 


Самое главное на сегодняшний день - не объемы, а качество. В условиях первых признаков перепроизводства качество начнет выходить на первый план. Раньше рынок принимал все, что мы ему давали, а теперь нет. И надо отдать должное, что торговые сети - это самый важный фактор, который дисциплинирует, который заставляет думать о качестве, думать о системе. И вообще вести себя в высшей степени корректно по отношению к потребителю. Сети не прощают ничего! Ритейл впитал в себя западные стандарты.


Мы покупали белорусский картофель, сортировали, отправляли в сети. Теперь объясняем: ребята, нам просто не нужен плохой картофель! Ни по какой цене, пусть даже очень низкой! Наша позиция четкая: под вывеской «Максим Горький» не должно быть плохого картофеля! Вот и все, понимаете? Пусть им торгует кто угодно, только не мы. И нам очень сложно иногда партнерам это объяснить. Сеть не интересует, какие у тебя сложности, какой у тебя год был, урожайный или не очень, затопило тебя, высушило... Дай качественный товар, и все! Это очень жесткая позиция, но сети на сегодняшний день являются самым главным дисциплинирующим фактором. Это фактор прогресса.


- Андрей Анатольевич, не боитесь, что сети пошатнутся в период кризиса? Места на рынке для торговли картошкой не столбите?


- Не столбили и не будем. Надо отдать должное тем сетям, с которыми мы работаем: в самые тяжелые времена они очень четко платили. У меня к сетям нет претензий,
просто низкий поклон! С нашими партнерами всегда можно вести диалог по ценам, они говорят: мы не можем поднять цену и объясняют почему. Зачастую наш продукт
лежит на прилавке по той цене, по которой мы его сдаем. Потому что это социальный продукт, сеть на нем не зарабатывает, она им привлекает покупателя. Мы исходим из того, что нам нужно научится зарабатывать на дешевом картофеле.


Мы понимаем, что это наш рынок, что это наш покупатель, что у него немного денег. И с пониманием относимся к требованию сетей.

 


ПОФАНТАЗИРУЕМ?

 


Вот если бы у меня сейчас - раз, и появился завод по переработке 300 000 тонн картофеля, а я в прошлом году, например, произвел только 100 000 тонн. Поверьте, за 2-3 года окружающие фермеры, при условии, что у меня будет рынок на перерабатывающую промышленность, в радиусе 100 км произведут картофеля столько, сколько мне надо. Сколько я смогу у них купить.


Вот вам и развитие отрасли, и не надо вкладывать в сам аграрный вопрос. У нас сегодня толковые разумные руководители предприятий, если они увидят перспективу, то они это сделают сами, без вмешательства правительства.


Но построить завод по переработке - это колоссальная проблема! Мы этим занимаемся сейчас. И я надеюсь, нам удастся пройти этот путь и перейти в другую качественную плоскость. Ведь сейчас не потому идет некачественный товар, что крестьянин плохой или фасовщик, а потому что на нестандартном, или лучше сказать, пограничном картофеле, если положить его в сетку, можно хоть чутьчуть, но заработать. А если его отбросить, то это прямой убыток. И он растет в геометрической прогрессии. То есть: положил в сетку - это твой заработок, если не положил, это твой прямой минус. И я понимаю конфликт интересов между фермером и фасовщиком. А когда мы сразу в шкуре фермера и фасовщика, мы свой денежный поток хорошо отслеживаем: сколько и на какой стадии у нас отходов. 


Может быть, кто-то думает, что картофель - это золотые горы! В нынешних условиях мы можем не больше 50% от выращенного картофеля отправить в торговые сети, потому что все остальное - это мелкий нестандарт, механические, биологические повреждения и т.д. Задумайтесь - 50! Представляете, какой у нас ресурс еще есть? А немцы могут более 80% направлять в сети.


В первую очередь это происходит потому, что у нас нет орошения. Мы очень зависим от погоды. 800 мм осадков год - это совсем не мало, но они падают не тогда когда нам нужно - в осенний и зимний период! А июньские засухи никто не отменял. В Британии, где осадков раза в два больше, чем у нас, картофель поливают! Потому что в июне, когда надо, дожди не всегда бывают, а значит появляется парша.


В засушливых районах России осталась еще от советских времен хоть какая-то система орошения. У нас же ничего нет и все надо делать самим. Может быть, года через два мы к этому приступим. Я уже объявил, что у нас скоро будет год полива. Этот у нас год хранения. Прошлый год у нас был сразу и год хранения, и год вхождения в сети и год расширения. Мы в становлении, мы в разбеге!

 

* * *


Первый час ночи. Я прощаюсь с Самошиными. Не покидает ощущение, что чего-то не спросил, о чем-то не узнал, что-то не сфотографировал. .. Я провел вместе с Андреем и Еленой 16 часов. Для них это был рядовой, ничем не примечательный день, для меня - целая глава для будущей книги о судьбах российских сельских предпринимателей...

Июнь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30